Аудиокнига Роберт Стивенсон. Странная история доктора

Глубокий химический пилинг для лица

Читать бесплатно электронную книгу Странная история доктора

После исчезновения Хайда, Джекил направил отчаянное письмо доктору Lanyon, прося его, чтобы получить ящик из своей лаборатории. Гайд приходит, чтобы поднять его, смешивает содержимое, и пьет смесь. Он превращается в Генри Джекила перед глазами Lanyon в. Lanyon настолько растерян, что он умирает через несколько недель. Он связывает все эти события к Аттерсона в письме будет открыт только в случае смерти или исчезновения доктора Джекила.

Странная история доктора Джекила и мистера Хайда

Он поблагодарил меня кивком и улыбкой, отмерил некоторое количество красной тинктуры и добавил в нее один из порошков. Смесь, которая была сперва красноватого оттенка, по мере растворения кристаллов начала светлеть, с шипением пузыриться и выбрасывать облачка пара. Внезапно процесс этот прекратился, и в тот же момент микстура стала темно-фиолетовой, а потом этот цвет медленно сменился бледно-зеленым. Мой посетитель, внимательно следивший за этими изменениями, улыбнулся, поставил мензурку на стол, а затем пристально посмотрел на меня».

Р. Л. Стивенсон. Странная история доктора Джекила и мистера

Аттерсон подозревает, что здесь замешаны какие-то старинные грехи, и собирается предложить Джекилу свою помощь. Вскоре предоставляется удобный случай, однако доктор отказывается от его услуг.

9. Однако автор сам недостаточно четко видит лицо Хайда и может описать его лишь косвенно, словами Энфилда или Аттерсона, прибегая к услугам воображения и домысла, что вряд ли можно счесть подходящей манерой выражения для столь уравновешенных натур.

Книги просвещают душу, поднимают и укрепляют человека, пробуждают в нем лучшие стремления, острят его ум и смягчают сердце.

С информацией из Enfield, Аттерсон становится все более обеспокоен его друг доктор Джекил, который недавно изменил свою волю, чтобы проинструктировать, что если что-то случилось с ним, все должно быть уделено Хайда. Аттерсон обеспокоен тем, что Джекил шантажируют Хайдом. Кроме того, он все больше и больше встревожены появлением Хайда, который, кажется, чтобы вызвать ужас и ненависть в тех, кто наблюдает за ним.

Моё имя из Джон. И я читал книгу. Я то сша, но я выучил Русь. Книга из хорошая, но я чути штаники ниа ложил. Я её читал с дочерькою. И ана чути в штаники ниа ложила. Женушка потоми ругалась. Пришлось попу дочерькину потмывати. И мою тож потмывати.


С уфажениим, ножД.

Я обнаружил, что некоторые вещества способны преображать человеческое тело. Наконец, я рискнул подвергнуть эту теорию проверке практикой. Я изготовил раствор и купил у оптовой фармацевтической фирмы значительное количество нужной мне соли. В одну проклятую ночь я смешал ингредиенты и выпил. Тотчас я почувствовал мучительную боль и смертельный ужас. Затем эта агония внезапно прекратилась, и я пришёл в себя, словно после тяжёлой болезни. Я был моложе, моё тело пронизывала приятная лёгкость, я ощущал бесшабашную беззаботность, узы долга больше не стесняли меня, моя душа обрела свободу, далёкую от безмятежной невинности. Я стал гораздо более порочным — рабом таившегося во мне зла. Водя тайком в свою спальню, я впервые увидел в зеркале лицо и фигуру Эдварда Хайда.

Другим важным символом в Странный случай доктора Джекила и мистера Хайда является появление Эдварда Хайда, или физиономия. Его лицо источает чистое зло сам вид его вдохновляет людей ненавидеть его, бояться его, или быть полностью отбили от него. Энфилд относится, Существует что-то не так с его внешностью, что-то неприятны, что-то прямо-таки отвратителен. Сам Hyde мал ростом, потому что он является стороной личности Джекила, который не питал: злая сторона, которая подавляется в течение многих лет.

Именно этой дверью, на которую Энфилд тростью указывает Аттерсону, пользовался мерзостный злодей, хладнокровно наступивший на споткнувшуюся когда же Энфилд схватил его за ворот, он согласился уплатить родителям сто фунтов. Отперев эту дверь ключом, злодей возвратился с десятью фунтами золотом и чеком на предъявителя, где стояла подпись доктора Джекила, впоследствии оказавшаяся подлинной. Энфилд приходит к выводу, что тут кроется шантаж. Он продолжает: «Собственно говоря, его нельзя назвать жилым домом. Других дверей в нем нет, а этой, да и то лишь изредка, пользуется только наш молодчик.